10:24 

Островок на Каме

My Precious
Убогий человек, не имеющий ничего, чем бы он мог гордиться, хватается за единственно возможное и гордится нацией, к которой он принадлежит. (с) Артур Шопенгауэр
Оригинал взят у donna_benta в kid-book-museum

В сообществе многие находят книги своего детства. Но на этой неделе прямо на работе случилась история, что так и просится на наши страницы.
К нам в отдел порой заходят пенсионеры, снимают ксерокопии. И одна пожилая женщина вдруг попросила найти стихотворение, из которого помнит несколько строк еще со времен войны. Коллеги включились в поиск и с трудом, но смогли найти весь текст. Оказывается, это стихотворение Зинаиды Александровой "В госпитале". Ребята из сельской школы около городка Татарск пели его на мотив песни "Раскинулось море широко". В то время все стихи они превращали в песни. Только попробуешь вслед за ними спеть, хотя бы про себя,  - сразу чувствуешь интонацию и дыхание времени.


В госпитале

Мы утром гуляем у светлой воды,
Пускаем кораблики в Каме,
Для раненых мы собираем цветы
И в госпиталь входим с цветами.
Там наши картинки у коек висят,
На столиках наши альбомы,
И старшая группа – пятнадцать ребят
Со всеми бойцами знакомы.



Мы знаем, бойцы поправляются здесь,
И надо вести себя тише;
Мы им помогаем газеты прочесть
И письма печатные пишем.
И лишь одному нам ничем не помочь –
Ни песней, ни вербой пушистой:
Зимою его пятилетнюю дочь
В деревне убили фашисты.
Ребята садятся к нему на кровать,
Но мрачен боец загорелый:
- Светланка вот так же могла рисовать,
Такие же песенки пела.
Две раны получены мною в бою,
Но снова винтовку мне дайте –
И я отомщу за Светланку мою,
За девочку в беленьком платье.
В палату на цыпочках входит сестра,
Веселая девушка Таня.
- Ребята, нам скоро обедать пора,
Скажите бойцам «до свиданья».
Вам надо на солнышке больше гулять,
Пускать на веревочке змея.
А завтра с утра приходите опять,
Чтоб нам было здесь веселее.


Не могу сказать, благодаря какой книге сибирские ребята узнали стихотворение: или из скромного сборника "Май" 1943 года (его показывали в сообществе несколько лет назад), или из книги "Островок на Каме" 1944-го.

 

Вариант 1943 года чуть обширнее - в нем четверостишия еще о двух раненых бойцах, и о гибели пятилетней Светланки сказано жестче.






Но хочется рассказать про весь стихотворный цикл "Островок на Каме". Летом 1941 года в город Чистополь эвакуировали вместе с детским садом сына Зинаиды Александровой, о чем она написала пронзительное "Прощание".



Прощание

Мне рукою машет
Маленький сынок.
Боковой кармашек
От платка промок.

Мальчик синеглазый,
Веточка моя,
Так еще ни разу
Не грустила я.

Тронутся вагоны
Через пять минут, -
В первом эшелоне
Детский сад везут.

Дети страшных сказок
Слушать не должны,
Грохота фугасок,
Топота войны.
Вас везут на Каму,
Дальше на восток.
Ты почаще маму
Вспоминай, сынок.

Письма шли почаще,
Буквы не забудь…
Там почтовый ящик
Будет где-нибудь.

На зеленой Каме
Больше не болей.
На прощанье маме
Улыбнись смелей.

«Мамочка, не надо,
Я хочу домой…»

Вместе с детским садом
Едет мальчик мой.


Нашей посетительнице лето 1941-го года тоже принесло тяжелое прощание - ушел на фронт добровольцем ее отец, директор сельской школы Иван Иванович Ковалев, оставив трех детей и жену в ожидании четвертого ребенка. "Даже не заготовив дров", - это особенно остро врезалось в детскую память, поскольку весь тяжелый быт пал на женские и детские плечи.
А Зинаида Александрова вскоре вслед за сыном приехала в город на Каме, как и многие другие писатели вместе со своими семьями. Об эвакуации в Чистополь теперь издан  сборник воспоминаний  "Странники войны", но одним из первых свидетельств стала тоненькая книга "Островок на Каме". На ее страницах тот же военный быт - даже малыши  работают на огороде, собирают шиповник.

Огород



Мы весеннему солнышку рады,
Наступила на Каме весна.
Пионеры вскопали нам гряды,
Помогли посадить семена.

И поставили чучело фрица
В серой каске, с большим костылем.
Но его не пугаются птицы –
Прилетят и щебечут на нем.



Жаль, арбузы не зреют на Каме.
Видно, лето нежаркое здесь.
Но морковку мы вырастим сами,
Огурцы будем крепкие есть.

Мы пучками завяжем редиску,
Наберем решето огурцов
И подарок с хорошей запиской
Отошлем для любимых бойцов.


Островок на Каме

Будут заняты делом
Все ребята у нас, -
За шиповником спелым
Мы поедем сейчас.

Мы узнали на Каме
Небольшой островок,
Мы шиповника сами
Там набрали мешок.

Улетающим птицам
Любо там пировать.
Кто шипов не боится,
Может много набрать.
Мы для раненых тоже
Наберем целый пуд, -
Им шиповник поможет,
Раны их заживут.

Солнце светит на Каме,
Вниз ушел пароход.
Ну, поедете с нами?
Лодка всех заберет.

И даже вечером, когда дети после дневных игр и забот присаживались около уютной потрескивающей печки, ее огонь навевал мысли о войне и боях.

У печки

Чиркнуть спичку очень просто,
Только зря ее не трать.
Вспыхнет белая береста,
И пойдет огонь плясать.

Соберутся все у печки,
У веселого огня.
Уступите мне местечко,
Потеснитесь для меня.


Загудело, запыхтело,
Будто подан паровоз.
Я скорей на поезд села,
Он ребят на фронт повез.

Куклы тоже едут с нами
И пушистый черный кот.
Золотое злое пламя
В печке пляшет и поет.

Остановки, полустанки,
И ребята шепчут мне:
«Это вражеские танки,
Все подбитые, в огне».

Вот прожектор ярким светом
Самолет врага поймал,
Это вспыхнула ракета,
К наступлению сигнал,

Это рушатся их дзоты,
Подожженные огнем.
Застрочили пулеметы,
В наступленье мы идем.

Быстро вскинуты винтовки,
Автоматы на груди…
Ну, ребята, остановка.
Из вагона выходи.

Головешки догорели,
Догорает бой вдали…
А потом картошку ели,
На углях ее пекли.
Хорошо сидеть у печки,
У веселого огня.
Уступите мне местечко,
Потеснитесь для меня.

Полностью книгу З.Александровой "Островок на Каме" можно прочитать на сайте Центральной городской детской библиотеки г.Санкт-Петербурга.
И обратите внимание на силуэтные рисунки Н.Фидлера - в военные годы в них гармония детства.



Островок на Каме вышел в 1944-м, когда война еще не закончилась, но его последние строки дарят надежду на возвращение отцов.

В жизни нашей посетительницы не случилось это счастье - ее отец был убит в том самом 44-м году под молдавским селом Зозуляны. Остались 95 фронтовых писем и память, от которой до сих пор слезы на глазах. И беспокойство в душе - присмотрена ли могила?.. Могу сказать, что памятники погибшим в тех местах были почти в каждом селе и внесены в охранный реестр. Надеюсь, что стоят до сих пор.

@темы: Шопопало, СССР

URL
   

Дневник My Precious

главная